Каков размер компенсации в данном случае по закону?

Государство готово платить гражданам компенсацию за незаконное уголовное преследование

Каков размер компенсации в данном случае по закону?

07.10.2019 20:08:00

Эсэр Михаил Емельянов предлагает увеличить компенсацию за уголовные дела. Фото c сайта www.duma.gov.ru

В Госдуму вскоре внесут предложения об установлении минимального размера судебных компенсаций, в том числе за незаконное уголовное преследование граждан.

Депутаты из «Справедливой России» указывают, что в настоящий момент суды назначают незначительные суммы, при этом их подходы к выплате денег сильно различаются.

Как правило, речь чаще всего идет о нескольких тысячах рублей, однако бывают и такие компенсации, размер которых больше среднего в десятки раз.

Депутаты ГД из «Справедливой России» Сергей Миронов, Михаил Емельянов и Олег Нилов предлагают установить в Гражданском кодексе унифицированный размер компенсации за необоснованное привлечение гражданина к уголовной ответственности.

Например, за один день незаконного преследования предлагается выплачивать как минимум 1 тыс. руб., «за день лишения свободы и помещения в СИЗО – не ниже 15 тыс. руб., за применение иных мер пресечения – не ниже 5 тыс. руб.». Законопроект, по информации «НГ», будет внесен после получения на него заключения правительства.

По словам Емельянова, это будет «важная гарантия для подозреваемых и сдерживающий фактор для правоохранительных органов». «Если будут установлены конкретные суммы, то следователь, прежде чем заковать подозреваемого в наручники, подумает о последствиях», – заявил депутат «НГ».

Ведь за те немалые суммы, которые пришлось бы выплачивать из бюджета, руководство правоохранительных структур стало бы серьезно спрашивать с подчиненных. А сейчас, напомнил Емельянов, в год происходят сотни случаев безосновательного привлечения граждан к уголовной ответственности.

Эсэр высоко оценил шансы на проходимость данной инициативы, объяснив это заинтересованностью властей разбирать подобные споры в рамках отечественного правосудия. А не выплачивать сотни тысяч евро, которые присуждает пострадавшим россиянам Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ).

Емельянов подчеркнул, что таких исков много, но на их рассмотрение уходят годы, так что если будут установлены минимальные суммы выплат, то людям, вероятно, проще будет обращаться в национальные суды. Однако депутат признал, что инициатива СР – это не более чем паллиатив, потому что этими поправками не решается главная проблема.

Речь идет о необъективности российских судов, которые закрывают глаза на очевидные нарушения закона со стороны силовиков.

Вторая часть законопроекта связана с установлением неких критериев, на которые могли бы ориентироваться суды при расчете сумм возмещения морального вреда. «На практике он часто оценивается в диапазоне 500–3000 руб. за сутки незаконного и необоснованного уголовного преследования.

Это очень мало по сравнению с тем, что фактически теряет человек, когда он признается по делу подозреваемым или обвиняемым», – сказал «НГ» член Ассоциации юристов России (АЮР) Кирилл Махов. Он напомнил, к примеру, что даже признанное потом необоснованным уголовное преследование ранее скорее всего уже повлекло за собой потерю работы, проблемы в семье и со здоровьем.

«В случае же избрания меры пресечения в виде заключения под стражу человек вообще фактически лишается нормальной жизни», – отметил эксперт.

Сейчас в России не существует минимального или максимального размера компенсации морального вреда. Нет и методики для их оценки, это каждый раз определяется судом.

Поэтому суммы могут сильно отличаться, пояснила «НГ» адвокат АК «Гражданские компенсации» Ирина Фаст.

«Граждане разочаровываются в правосудии, негативно оценивают происходящее, а это подрывает авторитет государственной власти и судебной системы», – заявила она.

Она подтвердила низкое медианное значение компенсаций морального вреда. Скажем, минимальные выплаты не оправдывают затрат на них усилий со стороны гражданина, рискнувшего обратиться в суд, то есть «ставят под сомнение целесообразность обращения к правосудию».

Эти мизерные суммы, добавила она, нивелируют две важнейшие функции данной сферы – компенсационную и превентивную. Фаст привела типичный пример взыскания одним из столичных райсудов компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 2 тыс. руб. Невысоко оценивается также жизнь и здоровье граждан.

К примеру, за наезд на пешехода, получившего травмы средней тяжести, один из судов Ленинградской области назначил компенсацию в 250 тыс. руб. 

Сейчас в АЮР создана специальная группа, занимающаяся этим вопросом. В Минюсте, кстати, согласны, что суды в своих решениях должны руководствоваться единообразными критериями, а не субъективным подходом. По мнению главы Минюста Александра Коновалова, «колоссальный разброс в размерах назначаемых возмещений по похожим делам вызывает недоумение».

Данную идею поддерживают и в Верховном суде (ВС). Правда, секретарь пленума ВС Виктор Момотов уже предупредил и о возможном риске получить «обратный эффект»: «Нередко установление в законе минимальной границы приводит к использованию его без дальнейшего увеличения.

Такая граница будет восприниматься как некая «безапелляционная основа», повышение которой потребует, в том числе от суда, дополнительного обоснования».

Юрист Сергей Савченко назвал суммы, указанные в проекте депутатов, «неподъемными» для российского бюджета. С учетом количества «невиновно преследуемых» власти вряд ли согласятся вводить подобные компенсации, «скорее всего будут настаивать на снижении». При этом вряд ли эффективным окажется и само это «латание дыр».

Потому что следует искать решение первичных проблем. Это и повсеместное нарушение следователями сроков содержания под стражей, за которое они не несут ответственности, и отказы судов рассматривать все это как злоупотребление.

Как подчеркнул эксперт, законов, защищающих права граждан, в стране много, но большинство из них не соблюдается. И в данном случае пострадавшим от незаконного преследования предлагается лишь некая «отдушина» в виде компенсаций.

Причем Савченко допустил, что на практике «найдутся лазейки и оговорки, позволяющие судам и вовсе не назначать эти компенсации, чтобы не нести ответственности за весомые расходы бюджета». 

Источник: http://www.ng.ru/politics/2019-10-07/1_7695_money.html

Как оценить моральный вред

Каков размер компенсации в данном случае по закону?

Из-за отсутствия в законе минимальной планки компенсации ее размер каждый раз определяется в суде /Евгений Разумный

Двадцать пятого сентября 2017 г. в центре Москвы машиной со спецномерами был сбит инспектор ДПС 32-летний старший лейтенант полиции Сергей Грачев.

Спустя месяц вдова Грачева Екатерина сообщила «Медузе», что получила выплату в размере 2 млн руб. Месяц спустя, 25 октября 2017 г.

, Ленинским райсудом Нижнего Новгорода было рассмотрено гражданское дело по иску дочери пожилого мужчины, сбитого в декабре 2016 г. поездом прямо на пешеходном переходе. В ее пользу было взыскано 85 000 руб.

Почему в одном случае родственники погибшего получили 2 млн руб., а в другом – 85 000 руб.? Кем и как определяется размер компенсаций за смерть и потерю здоровья в России?

Часть компенсаций, которые получают в России граждане в случае причинения вреда жизни или здоровью, фиксированная.

К ним относятся утраченный заработок, выплаты по потере кормильца, расходы на лечение – порядок их назначения четко прописан в законе и практически одинаков для всех.

Другой вид фиксированных выплат – специализированные, например, в случае терактов, авиакатастроф, гибели военнослужащих и силовиков: именно такую выплату получила Грачева, а также родственники погибших при взрывах в петербургском метро и в авиакатастрофе под Сочи.

Есть субсидиарные выплаты – средства, которые региональные власти и ведомства выплачивают пострадавшим и родственникам погибших по собственной инициативе. Они никак не регулируются законом, их размер определяют сами плательщики на свое усмотрение.

Наконец, четвертый вид выплат – это моральный вред, который закон определяет как нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т. п.), или нарушающими его личные имущественные или неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и др.). Размер компенсации морального вреда устанавливается судом (если стороны не достигли соглашения), однако четкие законодательные критерии его определения в законах фактически отсутствуют. Суды руководствуются, как это определено ст. 1101 ГК РФ, требованиями «разумности и справедливости». Формально при определении размера компенсации морального вреда суд должен учитывать характер и степень причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальные особенности потерпевшего – при этом ни понятие «степень страданий», ни ее «единица» законом не определены, что делает эти критерии скорее психологическими, чем правовыми. В результате «разумность и справедливость» в схожих случаях воплощаются в совершенно разные суммы, порой унизительно маленькие.

Например, в 2017 г. разными судами страны было рассмотрено два дела, в которых матери обращались за компенсацией морального вреда в связи с гибелью сыновей в ДТП. При практически идентичных обстоятельствах Нижегородским райсудом Нижнего Новгорода в пользу матери было взыскано 500 000 руб., а Пролетарским райсудом Ростова-на-Дону – 70 000 руб.

За смерть новорожденного в результате некачественного оказания медпомощи при родовспоможении Приморским райсудом Санкт-Петербурга в пользу матери взыскано 15 млн руб., а в схожем деле Павловским горсудом Нижегородской области – 400 000 руб. 20% утраты трудоспособности как следствие профессионального заболевания на вредном производстве Ленинский райсуд Кирова оценил в 20 000 руб.

, а Московский райсуд Нижнего Новгорода – в 120 000 руб.

О какой-то общей логике при принятии судами решений, которую показала бы правоприменительная практика, говорить не приходится, но некоторые закономерности все же прослеживаются.

Так, компенсация морального вреда в большинстве случаев выше при причинении вреда в результате уголовного преступления, однако компенсация взыскивается с осужденного, который, как правило, не обладает по понятным и очевидным причинам средствами для выплаты.

В рамках гражданского судопроизводства большие суммы встречаются редко. Большой резонанс в медиа не всегда влияет на размер компенсации.

Субъективные факторы (многодетность, личные и профессиональные характеристики погибшего или пострадавшего, обстоятельства случая) играют незначительную роль: разница может составлять от нескольких тысяч рублей до нескольких десятков тысяч.

Во всем мире компенсация морального вреда – одна из самых сложных тем, которую во многих странах пытаются решить, вводя для судов различные цифры-ориентиры. Например, в Германии и Испании суды руководствуются специализированными таблицами для различных случаев причинения вреда: медицинские ошибки, ДТП и проч.

, в Чехии действует схожая система пунктов.

По-разному решается вопрос определения размера компенсации, например, ограничением верхнего (США, Япония) и нижнего (Англия, Франция) пределов компенсации морального вреда, иногда в сочетании с установлением тарифов (Англия, Франция, Италия), причем в некоторых странах (Франция, Италия) суммы компенсаций за конкретный причиненный вред установлены законодательно. В Англии компенсация морального вреда за причинение телесных повреждений выплачивается, как правило, в бесспорном порядке, а если вред был причинен в результате преступления, то ее сумма рассчитывается по специальной тарифной схеме. В США, где подходы разнятся по штатам, большое значение имеет форма вины причинившего вред. Если он был причинен умышленно или в результате грубой неосторожности, то вред будет компенсирован, даже если потерпевший испытал только нравственные переживания; если же вызван неправомерными, но неосторожными действиями, то моральный вред по общему правилу не компенсируется.

В России таких цифр-ориентиров нет – и неудивительно, что правоприменительная практика так неоднородна.

Размеры минимальных и максимальных присуждаемых компенсаций, по нашим подсчетам, могут отличаться в 3127 раз по категории тяжкого вреда здоровью и в 7 раз – по категории легкого вреда. Но очень большие компенсации морального вреда скорее исключение, нежели правило.

Понимание о текущих тенденциях дают медианные значения, которые, например, для смертельных случаев составляет мизерные с учетом масштаба трагедии 70 000 руб.

В условиях сегодняшней правовой реальности единственной возможностью сформировать качественную судебную практику могут быть только четко и однозначно сформулированные нормы права и их соблюдение именно в том смысле, который подразумевал законодатель.

Очевидно, что и для расчета компенсации морального вреда необходим четкий ориентир – минимум, на который смогут ориентироваться суды, виновник и потерпевшие.

Введение минимального размера компенсации морального вреда даст возможность соотносить его с уровнем жизни, приблизит Россию к адекватным международным стандартам и позволит реализовать основную функцию института морального вреда – компенсировать нравственные страдания справедливой выплатой.

Автор – адвокат юридического объединения «Гражданские компенсации»

Источник: https://www.vedomosti.ru/opinion/articles/2017/11/22/742608-otsenit-moralnii-vred

Компенсация морального вреда в трудовых отношениях

Каков размер компенсации в данном случае по закону?

В исках работников к работодателям требование о компенсации морального вреда – отнюдь не редкость.

Расскажем о правовой природе морального вреда в трудовых правоотношениях и примечательных случаях судебной практики взыскания компенсации морального вреда.

Данные сведения помогут работодателю сориентироваться в ситуации судебного процесса с работником, ­спрогнозировать масштаб рисков и по возможности минимизировать их.

Практически каждый работник, обращаясь в суд с иском к работодателю, включает в свои исковые требования компенсацию морального вреда.

И, как правило, удовлетворяя основные требования сотрудников, суд взыскивает с работодателя и моральный вред.

Размер компенсации морального вреда обычно варьируется от нескольких сотен до нескольких тысяч рублей, несмотря на то, что работники зачастую просят взыскать суммы на несколько порядков больше.

К счастью для работодателей, в нашей стране пока не прижилась практика взыскания миллионных сумм в возмещение морального вреда. Исключением является моральный вред, возникший вследствие причинения вреда жизни и здоровью истца, утраты им трудоспособности. Тут суд может ­взыскать десятки и даже сотни тысяч рублей в зависимости от «тяжести» случая.

Общие положения о моральном вреде

Начнем с того, что понятие морального вреда непосредственно в ТК РФ не раскрывается, следовательно, надлежит использовать то определение, которое дается в Гражданском кодексе РФ (далее – ГК РФ), поскольку оно универсально для любой отрасли права. Так, ст.

151 ГК РФ определяет моральный вред как физические или нравственные страдания, перенесенные гражданином в результате действий, нарушающих его личные неимущественные права либо посягающих на принадлежащие гражданину ­нематериальные блага, а также в других случаях, ­предусмотренных ­законом.

О компенсации морального вреда в результате нарушения имущественных прав гражданина сказано в ч. 2 ст. 1099 ГК РФ. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, ­предусмотренных законом.

Перечислим основные принципы, в соответствии с которыми определяется размер компенсации морального вреда. Так, должны учитываться:

  1. степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства (ст. 151 ГК РФ);
  2. степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ);
  3. требования разумности и справедливости (ч. 2 ст. 1101 ГК РФ);
  4. фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред (ч. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Кроме того, компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда (ч. 3 ст. 1099 ГК РФ).

В некоторых случаях (ст. 1100 ГК РФ) моральный вред компенсируется даже независимо от вины нарушителя, например, в случае причинения ­вреда жизни или здоровью гражданина источником повышенной ­опасности.

Как видим, какой-либо универсальной формулы расчета компенсации морального вреда не существует, ее размер в каждом конкретном случае определяется индивидуально, на основании вышеперечисленных ­принципов. Не существует и ограничений по сумме компенсации ­морального вреда.

Регулирование морального вреда в трудовых правоотношениях

Моральный вред упоминается в ТК РФ в нескольких статьях. В ст.

3 ТК РФ, которая запрещает дискриминацию в сфере труда, говорится о праве лиц, подвергшихся дискриминации, требовать компенсации морального вреда. В ст.

21 ТК РФ, посвященной правам и обязанностям работника и работодателя, упоминается о праве работника на возмещение морального вреда и обязанности работодателя его компенсировать.

В ст. 394 ТК РФ («Вынесение решений по трудовым спорам об увольнении и о переводе на другую работу») установлено право работника требовать компенсацию морального вреда в случае незаконного увольнения или перевода на другую работу.

Основная же статья, регулирующая компенсацию морального вреда в трудовых правоотношениях, – это ст. 237 ТК РФ.

Там указано, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Важным разъяснением этой нормы служит п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.

2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»: учитывая, что ТК РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу абз. 14 ч. 1 ст. 21 и ст.

237 ТК РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной ­платы).

Из вышеприведенного можно сделать следующие выводы:

  • моральный вред является следствием неправомерных действий либо бездействия работодателя;
  • моральный вред может компенсироваться и при нарушении имущественных прав работника;
  • порядок определения размера компенсации морального вреда – по соглашению сторон либо судом в случае не достижения соглашения;
  • при судебном порядке определения факта причинения и размера компенсации морального вреда отсутствует зависимость от размера ­имущественного ущерба, причиненного работнику.

Что же касается доказательств причинения морального вреда, то по факту он презюмируется при нарушении трудовых прав работника и наличии вины работодателя в этом.

По сути, такой вид морального вреда, как нравственные страдания, недоказуем в документальном смысле. Поэтому в качестве подтверждения достаточно заявления истца о том, что он нервничал, плохо спал, переживал, испытывал стресс и т.д.

Тут уже суд на свое усмотрение сопоставляет серьезность воздействия ­негативной ситуации на душевное состояние истца.

В некоторых ситуациях истцы доказывают моральный вред медицинскими документами: справками, заключениями и т.п.

Однако в том случае, когда моральный вред в виде ухудшения состояния здоровья возник не вследствие прямого воздействия работодателя на истца, а опосредованно (путем воздействия на психическое состояние истца), эти документы не всегда можно соотнести с фактом причинения морального вреда. Ведь истец мог иметь хронические заболевания (гипертония, диабет и т.п.

), и тут очень сложно установить причинно-следственную связь между действиями работодателя и изменениями физического состояния страдавшего работника. Суды, как правило, в такого рода тонкости не углубляются и приветствуют медицинские документы, а также счета за лекарства: чем больше доказательств, тем лучше.

Но в тех случаях, когда моральный вред причинен в форме прямого физического воздействия на здоровье истца (производственная травма, профессиональное заболевание), он подтверждается в первую очередь медицинскими документами (диагноз, справка об утрате трудоспособности, об инвалидности и т.п.), которые суды исследуют весьма подробно, наряду с обстоятельствами причинения вреда здоровью истца и ­степенью вины в этом как работника, так и работодателя.

В этой ситуации сомнений в наличии морального вреда как в форме физических, так и в форме нравственных страданий, и вовсе не возникает. В случае причинения вреда здоровью источником повышенной опасности нет необходимости доказывать вину работодателя, владеющего данным источником.

Об этих особенностях доказывания морального вреда указано и в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.

2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»: учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в ­данном случае подлежит лишь размер ­компенсации морального вреда.

Судебная практика по возмещению морального вреда работникам

В данном разделе рассмотрим практические аспекты применения норм о компенсации морального вреда работникам. На основании их анализа получим картину того, что ожидает работодателя, если работник просит компенсировать моральный вред.

Сроки исковой давности при заявлении требования о компенсации морального вреда

Сроки исковой давности по трудовым спорам очень короткие, и работники их зачастую пропускают, что является спасительной соломинкой для работодателя. Как правило, суды применяют сроки исковой давности и к требованиям о возмещении морального вреда, если этот вред причинен посредством нарушения имущественных прав работников.

Типичным примером является судебное решение, рассмотренное ниже.

Судебная практика

Показать

Источник: http://www.delo-press.ru/articles.php?n=17058

Компенсация морального вреда: тенденции российской судебной практики

Каков размер компенсации в данном случае по закону?

Компенсация морального вреда – один из способов защиты гражданином его нарушенных прав (абз. 11 ст. 12 ГК РФ). Размер компенсации определяет суд. Для этого он принимает во внимание степень вины нарушителя, а также характер физических и нравственных страданий потерпевшего, и выносит решение с учетом требований разумности и справедливости (ч. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Закон, причем не только ГК РФ, но и иные нормативные правовые акты, предусматривает следующие основания для взыскания компенсации морального вреда:

  • нарушение тайны завещания (ч. 2 ст. 1123 ГК РФ);
  • нарушение личных неимущественных прав автора (ч. 1 ст. 1251 ГК РФ);
  • нарушение изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя (ст. 15 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. № 2300-I “О защите прав потребителей”);
  • нарушение прав и интересов гражданина в результате распространения ненадлежащей рекламы (ч. 2 ст. 38 Федерального закона от 13 марта 2006 г. № 38-ФЗ “О рекламе”);
  • невыполнение туроператором или турагентом условий договора о реализации туристского продукта (абз. 6 ст. 6 Федерального закона от 24 ноября 1996 г. № 132-ФЗ “Об основах туристской деятельности в Российской Федерации”);
  • нарушение прав и законных интересов гражданина в связи с разглашением информации ограниченного доступа или иным неправомерным использованием такой информации (ч. 2 ст. 17 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ “Об информации, информационных технологиях и о защите информации”);
  • нарушение прав гражданина, связанное с дискриминацией в сфере труда (ч. 4 ст. 3 ТК РФ);
  • совершение работодателем неправомерных действий или бездействия в отношении работника (ст. 237 ТК РФ);
  • увольнение без законного основания или с нарушением установленного порядка либо незаконный перевод на другую работу (ч. 9 ст. 394 ТК РФ);
  • и другие.

В штате организации числятся несколько должностей одинаковой категории, но должностные оклады у сотрудников разные. Может ли это стать основанием для обращения работника с более низким окладом в суд с требованием о компенсации ему морального вреда? Ответ на этот и другие практические вопросы – в “Базе знаний службы Правового консалтинга” интернет-версии системы ГАРАНТ. Получите бесплатный доступ на 3 дня!
Получить доступ

Однако обязательство по компенсации морального вреда, напоминает адвокат, партнер Коллегии адвокатов города Москвы “Барщевский и Партнеры” Анастасия Расторгуева, возникает не во всех случаях, а только при одновременном наличии следующих признаков:

Страданий, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага.

Неправомерного действия/бездействия причинителя вреда.

Причинной связи между неправомерным действием и моральным вредом.

Вины причинителя вреда (ст. 151 ГК РФ).

Вне зависимости от вины причинителя вреда можно требовать компенсацию, только если:

  • источником повышенной опасности причинен вред жизни или здоровью гражданина;
  • гражданин был незаконно осужден, привлечен к уголовной ответственности либо в отношении него были незаконно применены в качестве мер пресечения заключение под стражу или подписка о невыезде, а также при незаконном наложении на него административного взыскания в виде ареста или исправительных работ;
  • в отношении гражданина были распространены сведения, порочащие его честь, достоинство и деловую репутацию (ст. 1100 ГК РФ).

Моральный вред, поясняет ВС РФ, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, физической болью и др. (абз. 2 п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 “Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда”; далее – Постановление Пленума ВС РФ № 10).

При этом отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий не означает, что у потерпевшего нет права на возмещение морального вреда (абз. 3 п. 4 Постановления Пленума ВС РФ № 10).

Размер компенсации морального вреда

Вопрос определения судом размера компенсации морального вреда носит оценочный характер. Это связано с тем, что действующее законодательство не содержит четких критериев для его определения. По общему правилу, судьи выносят решения в рамках предоставленной им законом свободы усмотрения (Определение Конституционного Суда РФ от 15 июля 2004 г. № 276-О).

В связи с тем, что сумма компенсации морального вреда напрямую зависит от субъективной оценки суда, установить конкретные минимальные и максимальные пределы такой компенсации сложно.

МНЕНИЕ

Анастасия Расторгуева, партнер Коллегии адвокатов города Москвы “Барщевский и Партнеры”:

Источник: http://www.garant.ru/article/864733/

Компенсация за неиспользованный отпуск: нюансы расчетов и учета | Бухгалтерский сервис «Интерактивная бухгалтерия»

Каков размер компенсации в данном случае по закону?

Компенсация за неиспользованный отпуск: нюансы расчетов и учета

С расчетом количества дней и суммы компенсации за неиспользованные дни отпуска сталкивается каждый кадровик и бухгалтер. Чаще всего это происходит именно при увольнении работников.

Поэтому важно правильно произвести расчет. Ведь ошибка может привести к неполному расчету при увольнении и, соответственно, к нарушению законодательства о труде.

Давайте выясним, какие существуют тонкости исчисления суммы компенсации и отражения их в учете

Когда выплачивается компенсация за неиспользованные дни отпуска

Ответ на данный вопрос дает ст. 24 Закона об отпусках. В ней приведен исчерпывающий перечень случаев, в которых выплачивают компенсацию за неиспользованные дни ежегодного основного и дополнительного отпусков, а также дополнительного отпуска работникам, имеющим детей. Такую компенсацию предоставляют:

  • при увольнении работника — денежную компенсацию выплачивают за все неиспользованные дни ежегодного отпуска, а также дополнительные отпуска работникам, имеющим детей;
  • в случае перевода работника на работу на другое предприятие — денежную компенсацию за отпуск по его желанию могут перечислить на счет предприятия, на которое перешел работник (или выплатить при увольнении);
  • когда по желанию работника часть ежегодного отпуска заменяется денежной компенсацией — при условии, что продолжительность предоставленного работнику ежегодного и дополнительных отпусков не менее 24 календарных дней (такую компенсацию не предоставляют за дни дополнительных отпусков на детей, последнюю можно получить только при увольнении);
  • в случае смерти работника — компенсацию за неиспользованные отпуска выплачивают наследникам.

Напомним!

Срок давности для выплаты денежной компенсации за неиспользованные работником дни отпуска не установлен, то есть если работник не брал ежегодные и «детские» отпуска несколько лет, при увольнении компенсацию предоставляют за все годы (письмо Минтруда от 22.02.2008 г. № 33/13/116-08).

Обратите внимание!

Когда работнику был установлен испытательный срок и его увольняют как такого, который не прошел испытание по ст. 28 КЗоТ, ему обязаны также начислить и выплатить компенсацию за дни неиспользованного отпуска, как и другим работникам.

За какие отпуска и в каких случаях не выплачивают компенсации

Не могут рассчитывать на получение компенсации за неиспользованные дни отпуска лица в возрасте до 18 лет (ст. 24 Закона об отпусках, ч. 5 ст. 83 КЗоТ).

Не выплачивают компенсацию также за учебные, творческие, чернобыльские отпуска и отпуска для подготовки и участия в соревнованиях.

Расчетный период для компенсации

Основной документ, которым следует руководствоваться, — Порядок № 100. Согласно абз. 1 п. 2 данного документа, для расчета суммы компенсации (как и для отпускных) принимают выплаты за последние 12 календарных месяцев, предшествующих месяцу выплаты компенсации.

Работнику, проработавшему менее года, средняя зарплата для расчета компенсации исчисляется исходя из выплат за фактическое время работы: с первого числа месяца после оформления на работу до первого числа месяца, в котором выплачивается компенсация (абз. 2 п.

2 Порядка № 100).

Из расчетного периода исключают праздничные и нерабочие дни, а также периоды, в течение которых работник не работал и за ним не сохранялся заработок или сохранялся частично (абз. 6 п. 2 Порядка № 100). Речь идет об отпусках без сохранения зарплаты 1 согласно ст.ст.

25 и 26 Закона об отпусках, периодах по уходу за ребенком до трех лет (по медицинским показаниям — до 6-ти и в некоторых случаях, предусмотренных законодательством, — до 16 лет). То же самое со временем простоя, когда оно оплачено в размере меньше среднего заработка.

Кроме того, на основании данной нормы из расчетного периода исключают рабочие дни, не отработанные в связи с введением по инициативе работодателя неполной рабочей недели.

Расчет суммы компенсации

Алгоритм расчета суммы компенсации аналогичен механизму исчисления отпускных, но здесь есть некоторые тонкости.

Проиллюстрируем на примерах подходы к определению расчетного периода и расчету количества дней, за которые надлежит выплатить компенсацию за неиспользованные отпуска.

Ситуация 1

Работник работал на предприятии меньше года

Тогда для расчета берут выплаты за фактическое время работы: с 1 числа месяца после оформления до 1 числа месяца, в котором выплачивается компенсация.

Пример 1

Работник принят на работу 8 октября 2012 года, а увольняется он 19 апреля 2013 года, в течение периода работы он брал 14 к. дн. отпуска без сохранения заработной платы. Продолжительность ежегодного основного отпуска для него установлена — 24 календарных дня.

Для расчета компенсации за неиспользованный отпуск берут выплаты за ноябрь 2012 г. – март 2012 г. Суммарный заработок за данный период, который включает выплаты из п. 3 Порядка № 100, составил 26280 грн.

Шаг 1. Сначала определяют количество дней расчетного периода, который насчитывает 134 к. дн. без учета нерабочих и праздничных дней (3 н. дн.), приходящихся на данный период, и 14 дней отпуска без сохранения зарплаты.

Шаг 2. Следует найти стаж, дающий право на ежегодный отпуск и, как следствие, на компенсацию за неиспользованные дни отпуска — 191 к. дн. (24 к. дн. + 30 к. дн. + 31 к. дн. + 29 к. дн. + 28 к. дн. + 30 к. дн. + 19 к. дн.).

Шаг 3. Далее следует рассчитать количество дней отпуска, за которые надлежит выплатить компенсацию: (24 к. дн : 355 к. дн.) х 191 к. дн. = 12,9 к. дн., с округлением — 13 к. дн.

Шаг 4. Среднедневная зарплата равна 196,12 грн (26280 грн : 134 к. дн.).

Шаг 5. Сумма компенсации за неиспользованные 13 к. дн. ежегодного основного отпуска составит 2549,56 грн (196,12 х 13 к. дн.).

Такой механизм расчета количества дней (с округлением) и суммы компенсации за неиспользованный отпуск был описан и Минтруда в письме от 24.06.2011 г. № 208/13/116-11.

Обратите внимание!

По каждому виду отпусков, за которые надлежит предоставить компенсацию при увольнении, расчет неиспользованных дней проводят отдельно.

Ситуация 2

Работник устроился на работу, а в следующем месяце уволился

Поскольку работник не отработал ни одного полного месяца (с первого по первое число) перед увольнением, расчетного периода, исходя из заработка которого необходимо производить исчисление средней зарплаты, в данном случае фактически нет.

Поэтому компенсацию исчисляют исходя из должностного (месячного) оклада (тарифной ставки), установленного на момент ее начисления (абз. 3 п. 4 Порядка № 100). Такой же подход был озвучен Минтруда в письме от 22.12.2005 г.

№ 717/018/84-05.

Обратите внимание!

Даже если работник увольняется в последний день месяца, месяц увольнения в рас­чет не берут при исчислении компенсации.

Пример 2

Источник: https://interbuh.com.ua/ru/documents/onebuhbook/587/100

Взыскание компенсации морального вреда допустимо в пользу не только пострадавшего, но и его родных

Каков размер компенсации в данном случае по закону?

Верховный Суд РФ опубликовал Определение от 8 июля № 56-КГПР19-7, в котором указал на правомерность взыскания компенсации морального вреда не только в пользу несовершеннолетней, пострадавшей от тепловоза, но и ее родственников.

Нахождение на железнодорожных путях повлекло инвалидность ребенка

Александр Нестеренко является дядей, а с 16 января 2015 г. и опекуном несовершеннолетних потерпевшей Анны Хватовой и ее родного брата. Дети проживали в семье Александра Нестеренко и его супруги.

В июне 2017 г. в результате наезда тепловоза, принадлежащего ОАО «РЖД», на группу людей, которые шли по колее железнодорожного пути, несколько человек погибли, а здоровью Анны Хватовой был причинен тяжкий вред. Позднее бюро медико-социальной экспертизы установило инвалидность девочки.

Дальневосточное СУ на транспорте СКР возбудило уголовное дело по факту нарушения правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного транспорта локомотивной бригадой тепловоза, повлекшего по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью ребенка и смерть троих человек.

ОАО «РЖД» получило представление о принятии мер по устранению обстоятельств, способствовавших совершению преступления.

Следователь указал, что организация должна оборудовать соответствующий участок железной дороги оградительными приспособлениями, препятствующими свободному выходу граждан на железнодорожные пути, а также принять иные меры к повышению безопасности эксплуатации транспорта и повышению бдительности локомотивной бригады при прохождении данного участка. В октябре 2017 г. уголовное дело было прекращено в связи с отсутствием в действиях машинистов и их помощников состава преступления.

Позиции судов в отношении компенсации морального вреда и ее размера

Александр Нестеренко обратился в суд с исками о компенсации морального вреда как от своего имени, так и в интересах подопечных. С самостоятельными требованиями обратились также супруга опекуна и Владимир Виноградов – дядя пострадавшей и ее брата.

Унификация подхода к размеру компенсации морального вредаНеобходимы рекомендованные ВС РФ ориентиры для определения размера такой компенсации

Решением Надеждинского районного суда Приморского края от 1 марта 2018 г. требования опекуна и его жены были удовлетворены.

Суд исходил из того, что вред здоровью девочки был причинен источником повышенной опасности, и пришел к выводу, что в силу прямого указания закона с «РЖД» как владельца такого источника необходимо взыскать компенсацию морального вреда независимо от его вины.

При этом суд указал: положения ГК, предусматривающие, что вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит, а при грубой неосторожности потерпевшего размер возмещения может быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, к спорным отношениям не применяются, поскольку Анна Хватова в силу возраста не могла отдавать отчет своим действиям.

В итоге суд определил компенсацию морального вреда, взыскиваемую в пользу пострадавшей девочки, в размере 3 млн руб.

Он исходил из того, что в результате травмирования ей была причинена боль, она испытала страх, страдания из-за полученных травм и в настоящее время физически неполноценна.

Суд указал, что до транспортного происшествия Анна показывала хорошие спортивные результаты, но теперь не может продолжать занятия – то есть продолжать жить полноценной жизнью, как ее ровесники.

Первая инстанция также добавила, что трагедия стала тяжелейшим событием в жизни ребенка, неоспоримо причинившим ему нравственные страдания. Поскольку лимит гражданской ответственности «РЖД» по договору страхования составлял 300 тыс. руб., суд взыскал эту сумму со страховщика, а остальные 2,7 млн руб. – непосредственно с организации.

Первая инстанция также взыскала компенсацию морального вреда в пользу брата Анны, а также опекуна девочки и его супруги. Суд решил, что им также были причинены нравственные страдания, вызванные тяжелой травмой близкого человека.

Также суд учел, что состояние девочки требует пристального внимания и заботы родственников, которые также испытывают стресс и переживания из-за случившегося и лишены возможности вести обычный образ жизни. С учетом степени нравственных страданий и индивидуальных особенностей родственников суд взыскал в пользу брата Анны компенсацию в 200 тыс. руб., а в пользу опекуна и его супруги – по 500 тыс.

руб. каждому, пояснив, что супруги совместно воспитывают и содержат пострадавшую. Опекун также просил взыскать расходы на лекарства, однако не смог подтвердить их.

Требования второго дяди девочки – Владимира Виноградова – не были удовлетворены. Суд указал, что он являлся неполнородным братом Александра Нестеренко, не является членом семьи пострадавшей и не проживал совместно с ней.

Критерии оценки морального вредаОб определении размера компенсации

Данное решение не устояло в апелляции – суд отказал всем родственникам девочки в компенсации морального вреда.

При этом апелляционная инстанция указала, что факт родственных отношений сам по себе не является достаточным основанием для удовлетворения требований о компенсации морального вреда, и пришла к выводу, что переживания родных за судьбу пострадавшей и ее состояние здоровья производны от физических и нравственных страданий последней. Как указал суд, в пользу девочки компенсация уже взыскана, а «двойное взыскание» в указанном случае закон не предусматривает.

Кроме того, апелляционная инстанция более чем вдвое снизила размер компенсации морального вреда, взысканного в пользу пострадавшей. Так, суд указал, что сумма в 3 млн руб. не отвечает принципу разумности и обстоятельствам дела. По его мнению, необходимо было учесть, что девочка, находясь на железнодорожных путях, нарушила правила нахождения граждан в зонах повышенной опасности.

ВС поддержал выводы первой инстанции

Не согласившись с позицией суда апелляционной инстанции, супруги Нестеренко обратились с кассационной жалобой в Верховный Суд. В интересах указанных лиц в ВС также поступило кассационное представление заместителя Генпрокурора РФ Леонида Коржинека.

Рассмотрев материалы дела, ВС напомнил, что ранее в Постановлении Пленума от 20 декабря 1994 г. № 10 он разъяснял, что отсутствие в законе прямого указания на возможность компенсации морального вреда в рамках конкретных правоотношений не всегда означает, что потерпевший не имеет права на такое возмещение.

В поисках объективной оценки страданий потерпевшегоПочему оптимален «смешанный» способ расчета компенсации морального вреда

ВС подчеркнул, что требования о компенсации морального вреда родственникам потерпевшей связаны с причинением страданий лично им в связи с травмированием девочки – их родственницы и члена семьи. Как указано в определении, их нравственные и физические страдания выразились в утрате здоровья близким человеком, требующим постоянного ухода.

По мнению Суда, в результате происшествия было нарушено психологическое благополучие всех членов семьи, потерявших возможность продолжать активную общественную жизнь.

Более того, у них возникла необходимость нести постоянную ответственность за состояние пострадавшего ребенка, что привело к нарушению неимущественного права на родственные и семейные связи.

В обоснование свой позиции ВС сослался на ст. 30 Конституции РФ, ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также ряд норм СК РФ.

Верховный Суд напомнил, что опекун фактически принимает на себя функции родителя, несет ответственность за ребенка, обязан его воспитывать, заботиться о его физическом, психическом здоровье, духовном и нравственном развитии – то есть ребенок фактически становится членом семьи опекуна.

Как отмечается в определении, нравственные и физические страдания опекуна и его супруги обусловлены тем, что они приняли на себя обязанности по воспитанию и содержанию потерпевшей.

Указанное обстоятельство предполагает, что именно они обязаны заботиться о состоянии ее здоровья и его восстановлении после травм, об обеспечении лечения и последующей адаптации.

Нравственные страдания младшего брата пострадавшей, как указал ВС, также обусловлены переживаниями за состояние сестры как самого близкого родственника.

Компенсация морального вреда за жизнь и здоровье: пути решения проблемОт индивидуальной оценки страданий до криминализации уклонения от выплат

Кроме того, ВС не согласился с выводом апелляции о чрезмерности размера компенсации, взысканной в пользу несовершеннолетней. При этом он сослался на постановление ЕСПЧ по делу «Максимов (Макштоу) против России» от 18 марта 2010 г., где указано, что не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль и нравственное страдание.

Как отмечалось в постановлении, национальные суды всегда должны приводить достаточные мотивы, оправдывающие сумму компенсации морального вреда.

Отсутствие таких мотивов будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

При этом Верховный Суд напомнил, что в Постановлении Пленума от 26 января 2010 г.

№ 1 указано, что вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния).

Усмотрев в действиях девочки грубую неосторожность, апелляционная инстанция, как отмечается в определении, не учла, что Анна Хватова в силу малолетнего возраста не могла осознавать опасность своих действий и предвидеть их последствия.

Исходя из этого, Суд отменил апелляционное определение и оставил в силе решение суда первой инстанции.

Адвокаты считают определение ВС важным и знаковым

Комментируя «АГ» определение ВС, адвокат Самарской областной коллегии адвокатов Оксана Зубкова согласилась, что в данном случае отсутствует двойное взыскание, поскольку каждому родственнику был причинен моральный вред.

«Каждая трагедия с участием граждан, особенно детей, является строго индивидуальным случаем. Поэтому необходимо очень тщательно исследовать обстоятельства, отбросив формальный подход к данной категории дел», – добавила она.

Адвокат Нижегородской областной коллегии адвокатов Ирина Фаст полагает, что данное определение можно отнести к категории знаковых.

«ВС крайне редко высказывает свое мнение относительно морального вреда. Например, такая позиция была сформулирована в Определении от 14 августа 2018 г.

№ 78-КГ18-38, которым размер компенсации был увеличен со 150 тыс. руб. до более чем 2 млн руб.», – пояснила она.

Эксперт указала, что из содержания документа можно сделать вывод о понимании высшей судебной инстанцией размера справедливой компенсации. «Этот вопрос является самым болезненным в нашей правоприменительной практике, – отметила она. – Размеры компенсаций остаются мизерными и отличаются в разы при схожих обстоятельствах.

Например, апелляцией Нижегородского областного суда 30 июля 2019 г. было оставлено без изменений взыскание 90 тыс. руб. морального вреда в пользу супруги погибшего на железнодорожных путях (дело №33-9047/2019)».

По мнению адвоката, определение ВС внушает надежду на изменения в судебной практике и взыскание справедливых компенсаций.

Ирина Фаст добавила, что ВС также подтвердил правомерность взыскания компенсации морального вреда в пользу родственников пострадавшего. По ее словам, ранее этот вопрос по-разному решался судами.

Как указала адвокат, ВС подчеркнул недопустимость снижения размера компенсации несовершеннолетним при наличии их вины в несчастном случае.

Она сообщила, что зачастую суды снижают размер компенсации в пользу несовершеннолетнего именно по причине наличия его вины.

Эксперт полагает, что отдельного внимания заслуживает формальный подход при рассмотрении исков о возмещении вреда жизни и здоровью, особенно в случае привлечения к ответственности ОАО «РЖД», который в данном случае ВС пресек.

Ирина Фаст подчеркнула, что размеры компенсаций по таким делам мизерны, а судебные акты формальны и написаны «под копирку»: «Средний размер компенсации морального вреда по искам к ОАО «РЖД» в связи с гибелью близкого родственника составляет порядка 30 тыс. руб. – такие данные приводит сама компания».

По ее мнению, суды редко подробно рассматривают обстоятельства причинения вреда, считая обычно всех пострадавших виновными в случившемся и присуждая примерно равные по всей стране «мизерные компенсации».

Адвокат АП Московской области Кирилл Данилов отметил, что согласно официальной информации ОАО «РЖД», в 2018 г. ежедневно в России на железной дороге от наезда подвижного состава погибало четыре человека, еще три получали травмы, в основном тяжелые. И почти еженедельно погибало до трех детей.

Кирилл Данилов отметил, что в данном деле суд апелляционной инстанции необоснованно не применил позиции, сформулированные ВС достаточно давно.

Адвокат добавил, что считает важным применение Верховным Судом норм международного права: «ВС подчеркнул значимость применения и толкования норм Конвенции. Нижестоящие суды крайне редко применяют их, а также позиции ЕСПЧ, несмотря на их обязательность. К сожалению, единственная инстанция, которая “не боится” анализировать практику ЕСПЧ, – Верховный Суд», – подчеркнул он.

Кирилл Данилов также выразил удовлетворение позицией ВС в отношении взыскания компенсации морального вреда в пользу не только потерпевшего, но и его родственников.

При этом он отметил, что, если позиция высшей судебной инстанции по данному делу «укоренится» в практике нижестоящих судов, у многих владельцев источников повышенной опасности, в том числе и у владельцев автомобилей, возникнут серьезные материальные трудности. «То же “РЖД” понесет громадные материальные потери, – пояснил он.

– Если вспомнить, что каждый день гибнет не менее четырех человек, взять за константу сумму в 500 тыс. рублей, которая была присуждена по настоящему делу, и предположить, что у пострадавших есть не менее двух родственников, то компенсация морального вреда, которую могут взыскать родственники, составит более 2 млрд руб. в год.

И это без учета компенсации вреда самим пострадавшим. Это серьезная сумма даже для «РЖД», – полагает адвокат. В заключение он добавил, что именно такие экономические факторы могут стать серьезной преградой для укрепления и распространения указанной позиции ВС на практике.

Источник: https://www.advgazeta.ru/novosti/vzyskanie-kompensatsii-moralnogo-vreda-dopustimo-v-polzu-ne-tolko-postradavshego-no-i-ego-rodnykh/

Судебное дело
Добавить комментарий